Воин и труженик скорой помощи людям

К столетию со дня рождения М.М. Тарасова

Миллионы граждан, проживающих в нашей столице и далеко за ее пределами, знают: если кто-то, не дай, как говорится. Бог, угодил в автомобильную аварию, и ему покалечило ноги или руки; если кого-то пьяный хулиган пырнул ножом; если ребенок, заигравшись, проглотил металлическое колесико от игрушечной машинки, а рабочий упал с мостков, получив тяжелую травму; если старушка, нечаянно заснув над шитьем, легла на иголку, и она глубоко вошла в ее тело, — всех их надо срочно нести, вести, везти в медицинское учреждение, разместившееся в центре Москвы, на Садовом кольце в районе Сухаревской площади. И ежедневно несут, ведут, везут в Научно-исследовательский институт скорой помощи имени Н.В.Склифосовского десятки, а то и сотни москвичей и иногородних, мужчин и женщин, молодых и старых, попавших в беду, с надеждой и верой, что здесь их спасут, вернут к жизни, поставят на ноги.

 

«Склиф», как часто называют этот Институт в народе, не обманывает надежд, оправдывает доверие. Не спрашивая о чине и звании пациента, не требуя от него вознаграждения, получая за свои труды лишь скромную зарплату из бюджета города, около двух тысяч его сотрудников - от маститых профессоров до медицинских сестер и санитаров, срочно, неотложно промывают раны, обследуют современной аппаратурой, оперируют, перевязывают, накладывают и снимают швы, лечат, напутствуют добрым словом и полезным советом, возвращая « в строй» нескончаемую череду своих невольных гостей.

 

Так было и так продолжается вот уже без малого восемьдесят лет. В 2003 году НИИ скорой помощи им. Склифосовского отметит свой юбилей. Восемь десятилетий преданного, бескорыстного служения людям, напряженного труда в условиях, близких к фронтовым. «Работаем, как на кратере вулкана», -- говорят иногда сотрудники Института, имея в виду всегда насыщенную грозовой тревогой, постоянно на грани и часто за гранью «ЧП» атмосферу, царящую в его кабинетах, приемных покоях, операционных залах, лабораториях и палатах для больных.

 

С подобной метафорой трудно не согласиться, если хоть раз вблизи наблюдал за работой, ведущейся в Институте им. Склифосовского; если хоть несколько дней и ночей провел в его стенах в окружении больных, раненых, изувеченных, стонущих и страдающих пациентов и тех мужественных и терпеливых людей.

что оказывают несчастным столь нужную, необходимую, скорую и почти всегда эффективную медицинскую помощь.

 

Любой объективный человек, познакомившись с деятельностью НИИ скорой помощи на Садовой, не может не признать по крайней мере двух вещей: здесь работают люди особого покроя и здесь хранятся замечательные традиции.

 

О персонале «Склифа» нельзя говорить без почтения: мало того, что это все - профессионалы экстракласса, мастера своего дела и люди высокой ответственности. Они, кроме того, еще и истинные гуманисты, люди с зорким глазом, твердой рукой, но мягким и отзывчивым сердцем. Без таких качеств здесь просто невозможно работать; не удержишься, уйдешь сам или будешь отторгнут коллективом, не выдержав «естественного отбора» в горниле ежедневного испытания на человеческую прочность и чистоту, И, конечно, на верность знаменитой «клятве Гиппократа».

 

Такие люди создают особую ауру и атмосферу, царящие в Институте им. Склифосовского, они создают его славу. Но они в этом отношении не «первопроходцы»: они лишь хранят и приумножают традиции беззаветного служения «сирым и убогим», больным и искалеченным (подобранным, чаще всего, прямо на улице), которые были заложены еще тогда, когда на месте нынешнего красавца-НИИ стоял «странноприимный дом графа Шереметьева»; традиции, закрепленные в постановлении правительства СССР, которым в 1923 г. «шереметьевская больница» была преобразована в Институт неотложной помощи имени одного из лучших российских хирургов Н.В.Склифосовского.

М.М. Тарасов (второй слева) в окружении коллег из Института Склифосовского

Ко всему сказанному имеет прямое отношение имя, обозначенное в заголовке этой статьи: Михаил Михайлович Тарасов, мой тесть. Душевный человек, отличный врач-хирург, талантливый администратор и неутомимый общественный деятель, он отдал работе в Институте скорой помощи им. Н.В.Склифосовского в общей сложности более двадцати лет жизни, в том числе без малого шестнадцать — руководя Институтом в качестве его директора.

 

Он родился 23 января 1904 года в семье рабочего-столяра в поселке Струнино Александровского уезда Владимирской губернии. Окончив в 1915 году начальную школу, пошел работать - сперва на местном кирпичном заводе, потом - на красильной фабрике здесь же, в Струнине.

 

Рабочий и сын рабочего - впоследствии это стало уважительно называться «потомственный пролетарий», — он не мог не приветствовать Октябрьскую революцию 1917-го года и установившуюся в России власть Советов. 14-ти лет от роду Михаил Тарасов стал комсомольцем, вожаком комсомольской ячейки на родной фабрике; в 15 лет вступил в ряды Российской Коммунистической партии (большевиков), а в шестнадцать ушел добровольцем на фронт - «биться за рабочее дело против беляков». В бою с врангелевцами был контужен и попал в военный госпиталь (в Харькове), впервые познакомившись там с медициной и мед иками, которые впоследствии на всю жизнь стали его «большой семьей». Демобилизовавшись по окончании гражданской войны в 1921 году, М.М. Тарасов по путевке Политуправления Красной Армии отправился в Москву - учиться на рабфаке - «рабочем факультете» при Московском государственном университете.

 

Дальнейший жизненный путь Михаила Михайловича подобен карьерам многих выходцев из «низов» российского общества, которым Советская власть открыла - во всяком случае, поначалу — широкую и светлую дорогу, дав «путевку в жизнь».

 

Сочетание чистой «как стеклышко» трудовой и боевой биографии с природным умом, незаурядными организаторскими способностями и искрящимся душевным оптимизмом быстро превратило вчерашнего паренька из захолустья в полноправного и уважаемого представителя новой, советской интеллигенции в столице СССР - Москве. Было тут, разумеется, и «везение», — но не было ничего незаслуженного или чисто случайного.

 

Закончив рабфак и оказавшись перед выбором дальнейшего пути, Михаил Михайлович избрал медицину: он поступил на медицинский факультет МГУ. Судьба скоро привела его и в «скорую»: в 1927 году, будучи студентом 4-го курса, он работал на станции скорой помощи, а в следующем году, учась на 5-м курсе медфака, стал фельдшером-наркотизатором Института им. Н.В.Склифосовского. Закончив университет в 1929 году, именно сюда М.М.Тарасов был зачислен врачом-аспирантом.

 

Оставаясь в НИИ им. Н.В.Склифосовского, с конца 1930-го, по решению мандатной комиссии ЦК ВКП(б), Михаил Михайлович учился также в «Институте красной профессуры», а после расформирования этого учебного заведения был переведен на должность врача-консультанта Лечебной комиссии ЦК и Лечебносанитарного управления Кремля (1933 г.).

В том же тридцать третьем он женился на враче-гинекологе московской Басманной больницы Анне Матвеевне Репиной. Вскоре родилась дочь Валентина. Обзавелись трехкомнатной кооперативной квартирой в центре Москвы, завели немало друзей из среды московских медиков. Жизнь «улыбалась», и казалось, что так будет всегда.

 

Но потом наступили трудные, особенно в моральном плане, времена. Все чаще светлое чувство исполняемого партийного долга и коммунистические убеждения М.М.Тарасова, как и многих ему подобных, стали подвергаться тяжелому испытанию эксцессами сталинской политики, которых нельзя было не замечать и которые становились все более непонятными и неприемлемыми. Все чаще стали бесследно «исчезать» (догадывался: в застенках НКВД) знакомые. Приближался роковой для миллионов граждан и для страны в целом 37-й год.

 

Но судьба, давно уже благоволившая заводскому пареньку из Струнина, не отвернулась от него и на этот раз: в том самом 37-м он перешел из «Санупра Кремля» на работу врачом-ординатором Басманной больницы и одновременно - заведующим хирургическим отделением диспансерного объединения им. Нансена в Москве. Тем самым избежал подстерегавшей на прежнем месте двойной опасности: стать либо невинной жертвой, либо невольным соучастником сталинских репрессий.

... врач-хирург ТАРАСОВ задержан для работы в Госпитале впредь до особого распоряжения

В 1939 году способности Михаила Михайловича, пользовавшегося немалой популярностью в коллективах, где он работал, и уважением руководства, впервые Были проверены на ниве серьезной общественной деятельности: по решению партийных инстанций он был выдвинут кандидатом и избран в Сокольнический районный Совет депутатов трудящихся города Москвы.

 

Вскоре, однако, партия и родина потребовали от него, как и от миллионов других граждан, исполнения иного - воинского долга: началась «финская кампания», во время которой Михаилу Михайловичу пришлось впервые испытать себя на поприще хирургии в военно-полевых условиях. В 1939-40 г.г. он занимал должность старшего ординатора хирургического отделения 616 Полевого подвижного госпиталя. После окончания войны с Финляндией доктор Тарасов, находясь в рядах Красной Армии, участвовал в подготовке медицинских (хирургических) кадров: преподавал военно-полевую хирургию на Курсах усовершенствования медицинского состава Московского военного округа.

 

Потом грянула Великая Отечественная. Наряду с понятием фронт, ставшим на долгих четыре года главным в мыслях, чувствах, в снах и яви миллионов советских людей, появилось понятие тыл врага. Там тоже шла война, там народные мстители пускали под откос фашистские составы с солдатами и вооружениями, уничтожали штабы войск противника и склады с оружием, освобождали угоняемых в нацистское рабство соотечественников.

После одного из совещаний в Кремле, в котором участвовали командиры партизанских соединений, действовавших в тылу немецко-фашистских войск, было принято решение направить туда врачей для оказания помощи и спасения раненых партизан, а также оказания медицинской помощи населению временно оккупированных противником районов.

М. М. Тарасов стал одним из первых московских медиков, откликнувшихся на это решение правительства: в апреле 1943 года его (вместе с врачем-асеистентом В.Ф Земсковой) перебросили на самолете, под покровом ночи, через линию фронта в партизанское соединение генерал-майора М.И.Наумова, действовавшее в лесах и степях Украины. Он стал главным хирургом соединения и помощником командира по санитарной службе.

 

Партизанское соединение, в котором служил доктор Тарасов, прошло с боями в глубоком тылу врага свыше 10 ООО километров по территории 14 областей и 174 районов, оккупированных немцами. Бои соединения прогремели на широких шляхах Полтавщины, на Днепре под Кременчугом и Чернобылем, на Кировоградских просторах, на Южном и Западном Буге, под Киевом и под Львовом... Громили гарнизоны противника, пускали под откос эшелоны и бронепоезда, занимали города, местечки и деревни, несли жителям временно захваченных немцами районов надежду на освобождение, уверенность в победе Советской Армии.

 

...На импровизированном митинге при свете костров на лесной поляне-аэродроме, в ночь приземления груженого медикаментами и санитарным оборудованием тяжелого «Дугласа», с борта которого прямо в объятия партизан-наумовцев спустились долгожданные врачи из Москвы, выступавшие говорили: «Нам не страшна смерть, нам страшны ранения, а с вашим приездом и эта боязнь отпала».

 

И с позиций специалиста-медика, и просто с человеческой точки зрения, партизаны были особым «материалом». В большинстве своем не избалованные жизнью люди, суровые воины-мстители, сражавшиеся по зову сердца, сплошь и рядом кровоточившего от свежих ран; нередко воевавшие невдалеке от сожженных хат и могил казненных или замученных немцами своих родных и близких, они не знали ни устали, ни страха в бою и порой не чувствовали боли от полученных ран. «Жалобы на боли были редким исключением», — писал Михаил Михайлович в своих воспоминаниях [1]. «Раненый сам помогал врачу бороться со смертью».

 

Оказаться среди таких людей было само по себе нелегким испытанием, и М.М.Тарасов с честью его выдержал. Он сумел, как, может быть, никто другой, «придтись ко двору» в стане этих отважных воинов. Сам сравнительно еще недавно простой рабочий, боец гражданской войны и участник «финской», молодой (ему тогда еще не было сорока), энергичный, здоровый физически и духовно, мужественный человек, Михаил Михайлович отличался от большинства окружавших его товарищей разве что более высокой образованностью да кое-каким опытом «столичной жизни», приобретенным за годы учебы и работы в Москве. И он быстро завоевал доверие и уважение, непререкаемый авторитет среди партизан во всем, что касалось не только чисто медицинской части, но и любых других, в особенности «политических» вопросов. Подполковник медицинской службы Тарасов стал (и до конца оставался) близким другом генерала Наумова, который, спустя уже несколько месяцев оценив по достоинству его организаторский талант и умение воздействовать на людей, потребовал и добился от Главного штаба партизанского движения назначения Михаила Михайловича комиссаром своего соединения (в дальнейшем в документах Штаба оно часто именовалось «соединением Наумова- Тарасова»).

 
в партизанском отряде
в партизанском отряде

в партизанском отряде
в партизанском отряде

в партизанском отряде
в партизанском отряде

в партизанском отряде
в партизанском отряде

1/3

в партизанском отряде

Еще более трудному испытанию было подвергнуто профессиональное мастерство Тарасова-врача и администратора. Прибыв в партизанский край, Михаил Михайлович оказался перед необходимостью лично вести и организовывать в масштабах крупного боевого соединения (восемь партизанских отрядов) работу по оказанию неотложной врачебной помощи большому числу раненых и больных бойцов и командиров, а также местных жителей в окрестных районах, в условиях, которые по любым «нормальным» меркам были абсолютно непригодны для решения этих задач.

 

Он сам и его помощники (поначалу весь персонал медсанчасти, кроме М.М.Тарасова и В.Ф.Земсковой, был — один врач и две медсестры; впоследствии он возрос до 70 человек) оперировали, проводили послеоперационное и иное лечение сотен пациентов, обходясь без стационара и рентгеновской установки, без лаборатории и консультаций специалистов; в условиях, когда операционной служили, в лучшем случае, деревенский сарай или партизанская землянка, а иногда просто лесная поляна, — как правило, не более, чем в пятистах метрах от места боя или под обстрелом противника; когда раненых и больных приходилось постоянно перевозить с места на место в боевых порядках рейдирующего соединения, в основном по ночам, по лесным проселкам и разбитым шляхам, а средствами транспортировки были лишь деревенские телеги или сани-розвальни, запряженные лошадьми. («Какой колоссальный труд надо было выдержать обслуживающему медицинскому персоналу, чтобы всю ночь поддерживать раненого на руках!», — писал в одной из своих брошюр-воспоминаний М.М.Тарасов).

 

О масштабах и сложности работы медсанчасти можно судить, если учесть, что соединением было проведено более трехсот боев; что оно неоднократно подвергалось ударам и попадало в кольцо окружения немецких войск, в том числе дивизий «СС», оснащенных всей современной военной техникой - авиацией, бронепоездами, тяжелой артиллерией и танками; что в партизанской колонне Наумова-Тарасова на марше обычно двигалось до двухсот повозок с ранеными и больными.

 

И в таких неимоверно тяжелых условиях Михаил Михайлович и его ассистенты провели более тысячи крупных хирургических операций на раненых [2], в том числе операции повышенной сложности, вплоть до репозиции отломков костей и наложения гипсовых повязок под вытяжением на ортопедическом столе (полевой операционно-ортопедический стол проф. С.С.Юдина); лечили язвы, гастриты, пневмонии, алиментарную дистрофию, сыпной тиф и многие другие заболевания; сумели обеспечить раненых и больных партизан постоянным врачебным, фельдшерским и сестринским наблюдением. И, как результат (об этом сообщал в правительство генерал Наумов, представляя М.М.Тарасова к присвоению звания Героя Советского Союза), - более 90 процентов всех раненых и больных партизан соединения были возвращены в строй.

 

схема санитарной службы отряда

Михаил Михайлович позднее вспоминал: «После войны, встречаясь с американскими, английскими, французскими врачами, знакомя их с советским здравоохранением, я рассказывал, как врачи в ходе войны, рискуя жизнью, перелетали на самолете линию фронта... и на оккупированной немцами территории оказывали квалифицированную медицинскую помощь своим... Как девушки и женщины из оккупированных сел, деревень и городов, охваченные патриотизмом, шли в партизанские отряды, чтобы ухаживать за ранеными партизанами... Вначале некоторые иностранные врачи не хотели мне верить, но потом, когда узнавали о моем участии в войне в тылу противника в качестве врача-хирурга и видели на моей груди серебряную медаль партизана Великой Отечественной войны, трясли мне руку и говорили, что такое возможно только у нас в стране...».

 

Проделанная М.М.Тарасовым вместе с другими врачами- хирургами и ассистентами работа по спасению жизней и излечению сотен раненых в партизанском соединении на Украине в 1943-1944 г.г. явилась немалым вкладом в развитие отечественной медицинской науки и, в особенности, военно-полевой хирургии как ее важной составной части. Этот ценный опыт был обобщен Михаилом Михайловичем в упомянутых выше брошюрах- воспоминаниях, изданных в 1947 и 1958 гг.

партизанские листовки

...Минули трудные и героические годы Отечественной; ее солдаты и командиры, которым суждено было остаться в живых, возвращались домой, овеянные славой великой Победы. Михаил Михайлович Тарасов, один из них, кавалер Ордена Ленина и, по Указу Президиума Верховного Совета Украинской ССР, заслуженный врач республики, в августе 1945 года тоже вернулся под родимый кров, к заждавшейся его семье и мирному труду.

 

Осенью того же, первого послевоенного года его пригласили в министерство здравоохранения СССР и предложили приступить к работе в качестве заместителя директора Центрального института травматологии и ортопедии (директором был в то время академик Н.Н. Приоров). Непосредственной обязанностью Михаила Михайловича на этом посту стало руководство протезным отделением ЦИТО. Семь лет он отдал этому важному участку хирургической работы, а в ноябре 1952 года приказом минздрава был назначен директором Научно-исследовательского института скорой помощи им. Н.В.Склифосовского.

 

Доктор Тарасов руководил работой Института почти шестнадцать лет - вплоть до выхода на пенсию в 1968 году. За это время при его непосредственном участии было сделано много полезного в плане организации неотложной медицинской помощи в Москве в целом, в совершенствовании и расширении деятельности НИИ им. Склифосовского - в особенности.

К моменту его прихода на директорский пост едва завершился переход Института с рельсов военной поры, когда здесь решались специфические задачи, связанные, главным образом, с лечением и уходом за ранеными воинами Великой Отечественной войны, на рельсы становления крупного современного центра скорой медицинской помощи населению многомиллионного города. В этот процесс Михаил Михайлович активно включился и внес вклад, который трудно переоценить.

 

Будучи не столько теоретиком медицины, сколько талантливым практиком-хирургом и блестящим организатором, М.М.Тарасов видел свою главную задачу в формировании в Институте профессионального и дееспособного коллектива и в создании оптимальных условий для исполнения этим коллективом своих функциональных задач. И в этом он, безусловно, преуспел. Именно при нем Институт им. Склифосовского стал приобретать все более широкую известность и добрую славу как в Москве, так и далеко за ее пределами, превращаясь в медицинское учреждение мирового класса и международного признания.

 

Славу Института создавали, конечно, в первую очередь сотни трудившихся в нем квалифицированных врачей во главе с такими выдающимися специалистами и учеными, как хирурги Юдин, Петров, Андросов, Арапов, профессора-гинекологи Александров и Селицкая...

Михаил Михайлович Тарасов, человек, беззаветно преданный профессии врача, всегда относился с огромным уважением к этим корифеям, горел желанием помочь им в их работе. Именно это, наряду с дружелюбным, уважительным, товарищеским отношением его ко всем окружавшим его людям - от врача-профессора до простой санитарки или рабочего, определяло стиль и содержание его деятельности, способствуя созданию оптимистической, творчески приподнятой атмосферы в коллективе даже в те, в общем-то, нелегкие времена.

За годы пребывания М.М. Тарасова на директорском посту Институт скорой помощи им. Склифосовского и его коллектив получили, с точки зрения технической оснащенности и материального обеспечения, почти все, что в то время и в тех условиях можно было получить. Проявляя кипучую энергию и дар организатора, используя широкие связи в различных кругах московской «элиты» и политического руководства, которые он приобрел благодаря своей незаурядной трудовой и боевой биографии, а также свой вес и влияние в общественной жизни столицы (он являлся членом Дзержинского райкома КПСС, а в 1959 году был также избран в Московский городской Совет депутатов трудящихся), Михаил Михайлович добился поступления в НИИ многих видов современного медицинского оборудования, инструментария и медикаментов для клиник и лабораторий. При нем в Институте был создан и оборудован целый ряд новых клинических отделений, лабораторий и вспомогательных кабинетов.

 

Так, в 1959 г. был организован реанимационно- анестезиологический отдел; в 1960-м сформирована лаборатория трансплантации органов (руководитель проф. Демихов); в 1961 г. началась организация специализированной службы при острых отравлениях; в 1966 г. Институт пополнился отделением (в дальнейшем преобразованным в клинику) для больных с термическими поражениями.

 

Опираясь на эти прочные «тылы», коллектив НИИ глубоко и масштабно вел комплекс исследований в области совершенствования методик и средств лечения и диагностики различных болезней и внедрял их в повседневную практику.

 

Михаил Михайлович всегда проявлял глубокий интерес к наиболее перспективным направлениям творческой работы коллектива и его ведущих специалистов. Он был не просто заинтересованным наблюдателем и даже не только администратором-организатором, но и в буквальном смысле энтузиастом таких, в частности, крупных разработок, как новая методика трансплантации тканей и органов (профессора Андросов и Демихов), переливание фибринолизной крови (акад. Юдин и проф. Шамов) и ряд других. Во многом благодаря неутомимой деятельности М.М,Тарасова, в том числе проведенным по его инициативе и под его руководством многочисленным научным конференциям и симпозиумам, а также творческим командировкам сотрудников Института и их деловой переписке с коллегами из других научно-исследовательских и медицинских учреждений, эти, как и многие другие разработки, осуществленные в те годы сотрудниками Института, получили широкое признание и были успешно использованы учеными и практикам и-медиками во многих точках Советского Союза и за его пределами.

 

М.М.Тарасов держал в центре внимания и такие жизненно важные для успешной деятельности Института вопросы, как сохранение, усовершенствование и расширение рабочих площадей — помещений для лечебной, научной и вспомогательной работы клинических отделений и их сотрудников. Под его общим и административным руководством была осуществлена широкая реконструкция старых зданий НИИ им. Склифосовского, задумано, спроектировано и частично начато строительство нового лечебного и ряда других корпусов, без которых в настоящее время невозможно уже представить себе работу этого крупнейшего медицинского учреждения столицы.

Все, кто близко знал Михаила Михайловича Тарасова, кто каждодневно соприкасался с ним по работе, неизменно отмечали изумительные душевные, человеческие качества этого крупного

администратора и хирурга: его чуткое, внимательное отношение к людям, их невзгодам и проблемам; его готовность отложить в сторону все другие дела, если нужно было придти на помощь человеку, — кто бы ни постучался в дверь его кабинета: маститый ли ученый, нуждающийся в помещении и оборудовании для проведения нового смелого эксперимента, молодой ли хирург, ожидающий решения квартирного вопроса, простая ли санитарка с просьбой помочь устроить в детские ясли ребенка...

 

И еще одно свойство Тарасова-директора всегда бросалось в глаза людям: его высокая прирожденная культура и деликатность, неизменная вежливость в обращении с окружающими и -- удивительная для руководителя подобного ранга личная скромность, стремление не выпячивать своего «я» и своих заслуг перед страной и обществом.

Таким был жизненный путь Михаила Михайловича Тарасова, таким был он сам - безусловно, незаурядный человек, труженик и воин, один из лучших директоров, которых когда-либо видели стены Института им. Склифосовского.